Предыдущий | Содержание | Следующий

БАРЫШНИКИ - ВОЛКИ И ОВЦЫ

"Торонто Стар Уикли", 4 марта 1922

ЛЕ-АВАНТ, ШВЕЙЦАРИЯ. Швейцария, маленькая горная страна, взбирающаяся вверх и спускающаяся вниз, утыкана огромными бурыми отелями, построенными в стиле архитектурной школы "часы-кукушка". Там, где дорога делает поворот, обязательно расположился отель, и кажется, что все эти отели сделаны одним мастером и выпилены одной пилой.

Вы прогуливаетесь по мрачному дремучему лесу на склоне горы. На снегу видны следы оленя, а большой черный ворон раскачивается высоко на ветке сосны и наблюдает за вами. Где-то внизу лежит мягкая от снега долина, взбирающаяся вверх и переходящая в белые зазубренные вершины с островками сосняка на склонах. Здесь так же дико, как в канадских Скалистых горах. Потом дорога делает поворот - и перед вами появляются четыре чудовищных отеля, усевшихся на склоне горы, Они похожи на гигантские игрушечные дома, которыми отмечен тот период канадской архитектуры, когда фасады домов с газонами обносились чугунными решетками. Их вид впечатляет вас.

Эти роскошные отели разбросаны по всей стране, как рекламы вдоль правой стороны железной дороги, и зимой наводнены очаровательными молодыми людьми в белых свитерах с гладко зализанными волосами, которые хорошо зарабатывают на жизнь игрой в бридж. Эти молодые люди играют в бридж не друг с другом, во всяком случае в рабочее время. Обычно они играют с пожилыми женщинами, годными им в матери, и когда эти женщины сдают карты, на их пухлых пальцах сверкают платиновые кольца. Я не знаю, как у них все разработано, но молодые люди, кажется, вполне удовлетворены, а женщины, очевидно, могут позволить себе проигрывать.

Там также можно встретить французскую аристократию. Но это не та блестящая аристократия беззубых старух и усатых седовласых стариков, делающих последнюю ставку в Фобур Сент-Оноре в Париже против постоянно растущих цен. Французская аристократия представлена в Швейцарии молодыми людьми, которые с одинаковым изяществом носят очень старинные фамилии и очень узкие в коленях бриджи для верховой езды.

Их немного, тех, кто носит громкие имена Франции и благодаря акциям в угольном или горном деле разбогател во время войны, а теперь может себе позволить останавливаться в одних отелях с дельцами, поставлявшими армии одеяла и вино. Когда молодые люди со старинными фамилиями входят в комнату, где сидят барышники со своими довоенными женами и послевоенными дочками, кажется, что поджарый волк входит в загон к жирным овцам. Их появление понижает цену титулов барышников. Независимо от национальности последним становится не по себе.

Кроме мальчиков для бриджа (они же мальчики для танцев после зимнего сезона), старой и новой аристократии большие отели населены краснощекими англичанами с семьями, проводящими целые дни на лыжных склонах и трассах бобслея, бледными мужчинами, которые живут в отелях, ибо знают, что если они уедут отсюда, их ждет долгое пребывание в санатории, пожилыми женщинами, заполняющими свое одинокое существование суетой отельной жизни, а также американцами и канадцами, путешествующими для собственного удовольствия.

Швейцарцы не делают никакого различия между канадцами и гражданами Соединенных Штатов. Меня это заинтересовало, и я спросил хозяина отеля, не заметил ли он разницы между жителями двух стран.

- Мосье, - сказал он, - канадцы говорят по-английски и всегда останавливаются в любом месте на два дня дольше американцев.

Так вот, оказывается, в чем дело!

Говорят, что владельцы отелей - мудрый народ. Все американцы, которых мне довелось встречать, были слишком заняты, чтобы научиться говорить по-английски. Гарвард был основан как раз для этой цели, как поговаривали в свое время злые языки. Ну, а если жители Штатов вдруг начнут говорить медленнее, хозяева отелей, возможно, изобретут какие-нибудь новые тесты.

Предыдущий | Содержание | Следующий

Hosted by uCoz